Продажи упали на 2.4% до 1.5 миллиардов. Они закрыли семь магазинов. Семь! Это как выкинуть мертвого попугая, надеясь, что остальные заговорят громче. Теперь у них 1382 точки. Каждая из них – потенциальный очаг безумия, набитый кормом и поводками. Сравняемые продажи упали на 1.6%. Они избавились от низкомаржинальных товаров. Как будто это спасёт ситуацию. Это как отрезать хвост, чтобы взлететь. Абсурд.
Рост цен на топливо ощутим для потребителей практически мгновенно. Однако, традиционные показатели инфляции, публикуемые с определенным временным лагом, пока не отражают в полной мере текущую ситуацию. Ожидается, что в мартовских данных по инфляции будет зафиксировано ускорение темпов роста, обусловленное подорожанием нефти. Важно отметить, что влияние цен на энергоносители на экономику носит комплексный характер и проявляется не только в прямом увеличении затрат потребителей, но и в повышении издержек производства для широкого спектра отраслей.
И что же общего у этих скачущих цен на нефть и столь превозносимого искусственного интеллекта? Кажущаяся связь, на первый взгляд, столь же призрачна, сколь и очевидна. Но, как известно, все в этом мире взаимосвязано, и даже самые отдаленные явления могут оказать влияние друг на друга.
Если присмотреться к цифрам, то в четвертом квартале доходы Bumble немного, скажем так, поскучали, снизившись на 14.3% по сравнению с прошлым годом, до 224.2 миллиона долларов. Их флагманское приложение, которое, признаться, не всегда радует стабильностью, упало на 14.8% до 181 миллиона долларов, а приложение Badoo и прочие дела показали скромное снижение на 12.4%, составив 43.2 миллиона долларов. Не будем слишком драматизировать, но, как говорится, и на старуху бывает проруха.
Медвежий рынок, это когда индекс, скажем, S&P 500 (^GSPC 1.52%), падает на двадцать процентов. А рецессия, если говорить неформально, это когда валовой внутренний продукт падает два квартала подряд. Цифры, конечно, важны, но они откуда-то берутся, не из воздуха. Действия инвесторов и потребителей приводят к падению цен на акции и снижению расходов по всей экономике. Все как по нотам, знаете ли.
Приобрели они, значит, 2,385,643 акций. Цифра, конечно, впечатляет, но я вам скажу, господа, цифры – это лишь пыль в глазах. Важно, что за ними скрывается. Serenity, видать, решили, что Mattel – это заброшенное поле, где можно найти клад. Или, как минимум, надеяться, что клад там есть. А акции эти, на момент покупки, стоили около 16 долларов за штуку. Что, в общем-то, не так уж и много, если вспомнить, что когда-то Mattel была королевой игрушечного мира.
А произошло нечто, что заставляет опытных трейдеров почесывать затылки. Engle Capital Management, как я уже упомянул, полностью избавились от своих акций ACV Auctions. Похоже, что господа решили, что лучше синица в руках, чем журавль в небе, или, если на языке биржи, лучше зафиксировать убыток, чем надеяться на чудо. В общем, акции покинули портфель, а вместе с ними и 4.24% от активов под управлением. Весьма ощутимая потеря, я вам скажу.
Оба фонда, как опытные кладоискатели, ищут сокровища среди акций американских компаний малого роста. Однако методы их поисков, как и размеры комиссионных, существенно различаются. И вот, мы, словно опытные карточные шулеры, раскладываем карты на стол.
Conagra – это ветеран индустрии, столетний производитель продуктов, чьи бренды, такие как Marie Callender’s, Healthy Choice и Duncan Hines, знакомы каждому американцу. Но, признаюсь, последние пять лет компания напоминает мне старый граммофон – заедает и издаёт всё более печальные звуки. Падение почти на пятьдесят процентов за этот период – зрелище не для слабонервных. Небольшой отскок в этом году, конечно, радует глаз, но не стоит обманываться призрачной надеждой.
А тут еще этот отчет, четвертый квартал. Ужас. Мимо всех целей. Дивиденды урезали. Ну, конечно. Всегда так. Обещают золотые горы, а потом – «извините, ребята, не получилось». Акции, правда, немного подскочили в этом году, процентов три. Но это же после того, как упали! Как будто это какая-то победа. Это как если бы вы потеряли кошелек, а потом нашли пару рублей. Ну, спасибо, конечно, но это не решает проблему.