Сергей Холзаков

Недавние события на Ближнем Востоке, а именно закрытие Ормузского пролива (через который, к слову, проходит примерно пятая часть мировых поставок нефти и газа), внесли определенную сумятицу. Цены на энергоносители, как вы понимаете, закономерно поползли вверх. А это, в свою очередь, может заставить некоторые страны пересмотреть свои энергетические стратегии. И, как ни странно, ядерная энергия снова может оказаться в выигрыше. (Интересно, а учитывает ли кто-нибудь вероятность того, что Ормузский пролив закроется из-за гигантского кальмара? Просто на всякий случай.)

Причин для этого бума хватало: искусственный интеллект, квантовые вычисления, неплохие отчеты компаний, да и налоговая реформа президента Трампа, снизившая ставку корпоративного налога до 21%, тоже сыграла свою роль. Но, знаете, как говорят в Одессе, у каждой истории есть своя подводная часть. И эта подводная часть – дешевые деньги, точнее, низкие процентные ставки.

С 2020 года маржа Eli Lilly – и валовая, и операционная – претерпела незримую, но ощутимую трансформацию. Она словно оттаяла после долгой зимы, превзойдя показатели себе подобных. В этом нет магии, но есть понимание ритма, чувство времени. Взлет продаж Zepbound и Mounjaro, препаратов, дарующих надежду тем, кто сражается с избыточным весом и диабетом, – лишь видимая часть айсберга. Растущие продажи, безусловно, важны, но важнее то, что они растут быстрее, чем расходы. Это не просто эффективность производства, это – гармония между желанием и возможностью.

И все же, этот спад привел к интересному результату: дивидендная доходность General Mills достигла 6,6%. Coca-Cola и PepsiCo, эти гиганты индустрии, предлагают лишь 2,8% и 3,8% соответственно. Это, конечно, не повод для безудержного восторга, но, согласитесь, цифра заставляет задуматься. В конце концов, даже на старости лет можно найти способ приносить пользу.

Искусственный интеллект, этот неуловимый дух современности, стал новой нефтью, новой религией, новой надеждой. И как всякая надежда, он принес с собой и процветание, и разочарование, и горький привкус несбывшихся мечтаний. Но прежде чем погрузиться в хитросплетения биржевых котировок, позвольте мне рассказать вам о тех, кто стоял у истоков этой новой эпохи, о тех, чьи имена навсегда останутся в анналах технологического прогресса.

В эпоху, когда тени конфликтов ложатся на нефтяные вышки, а цены пляшут под дудку непредсказуемости, большинство энергетических акций демонстрируют небывалый рост. Но что скрывается за этим блеском? Две компании – Brookfield Renewable (BEP +1.02%) (BEPC 0.13%) и Enterprise Products Partners LP (EPD +0.46%) – словно две реки, берущие начало в разных горах и стремящиеся к разным морям. Какая из них достойна внимания в этом изменчивом мире?

Вот этот впечатляющий список, если кто-то вдруг потерял счет:

И это, знаете ли, не первое поражение Meta. В Нью-Мексико компанию уже уличили в том, что не защитила пользователей от негодяев, охотящихся за детьми. За это ей пришлось заплатить 375 миллионов долларов, а за калифорнийский вердикт – всего лишь 4,2 миллиона. Смешные деньги, конечно, для такой компании, но дело не в сумме, а в прецеденте.

Обе монеты теперь классифицируются как «цифровые товары», что означает, что они подпадают под более мягкий надзор CFTC, а не под строгие рамки регулирования SEC в отношении ценных бумаг. Данное регуляторное уточнение представляет собой значимый катализатор для обеих криптовалют, указывая на потенциал роста цен. Рассмотрим целесообразность инвестиций в размере 1000 долларов в каждую из них.