Сергей Холзаков

К десяти утра по восточному времени акции упали на 12,8%. Падение, конечно, ощутимо, но в нем есть своя поэзия – напоминание о том, что даже самые крепкие материалы подвержены эрозии.

Нефть марки Brent, эта хитрая штука, опять подскочила выше ста трех долларов за баррель. Представляете, сколько у этих нефтяных королей жира накопилось? Запах этого жира, должно быть, долетает аж до Нью-Йорка, и все начинают нервничать, боясь, что энергии скоро не хватит. Будто кто-то выключит свет в огромном доме.

Брокфилд, как и любой другой подобный механизм, конечно же, приносил прибыль своим владельцам. В течение последних тридцати лет, как утверждают, годовая доходность составляла впечатляющие 19 процентов. Что, безусловно, превосходит скромные 11 процентов, которые демонстрировал S&P 500 за тот же период. Если перевести это на язык обычных людей, то инвестиция в десять тысяч долларов три десятилетия назад превратилась бы в астрономическую сумму – более полутора миллионов долларов. Сумма, достаточная, чтобы купить небольшой остров в Карибском море или, возможно, просто забыть о необходимости работать. Но, как известно, деньги – это лишь иллюзия, а истинное богатство заключается в чем-то другом, в чем-то, что нельзя измерить в долларах или евро.

FSTA, вроде бы, более «правильный». Меньше комиссия (0.084% против 0.60% у FTXG), диверсификация пошире. Что, в принципе, логично. Как будто выбираешь между салатом и тортом. Салат полезнее, но торт… ну, вы понимаете. А еще, за последний год он показал результат лучше. Хотя, если честно, после всех этих новостей, «лучше» – понятие относительное. Скорее, «менее плохо».

Стоит напомнить, что дробление акций – это, по сути, бухгалтерская уловка, перераспределение пирога без увеличения его размера. Увеличение количества акций, сопровождающееся пропорциональным снижением цены, не меняет капитализацию компании. Впрочем, кого это когда-либо останавливало?

Токенизация – это, если по-простому, запись владения чем-либо в этот самый блокчейн. Как будто вы берете старую, пыльную акцию и сканируете ее, чтобы она стала цифровой. Это делает активы более доступными, снижает издержки, упрощает переводы. Актуально для всего: акций, недвижимости, даже для тех странных безделушек, которые моя тетя коллекционирует. В прошлом году особенно взлетели стейблкоины – это такие криптовалюты, привязанные к традиционным валютам. Я, правда, не понимаю, зачем кому-то нужен цифровой доллар, когда есть обычный, бумажный, который можно пощупать. Но, видимо, кому-то нужно.

Пока до Nova Lake еще далеко – не скоро, как до весны в ненастную погоду – компания предприняла шаги, чтобы укрепить свои позиции. Процессоры 250K Plus и 270K Plus – это, скорее, эволюция, чем революция. Добавили ядер, немного разогнали, памяти подкинули. И, что самое главное, снизили цену. В наше время это уже роскошь. Нельзя не признать, что в сегменте около двухсот долларов Intel, кажется, снова обрела уверенность. Но хватит ли ее надолго?

В последнем отчете компания показала рост выручки на 35% в четвертом квартале и неплохую чистую прибыль, увеличив ее в 300 раз – с 14 до 42 миллионов долларов. Вроде бы, все прекрасно. Но, как говорится, дьявол кроется в деталях. Или, в данном случае, в стратегии.